Последний вечер 2011 года. Концерт был благословенным подарком Гены Гуревича - 1 скрипки в нашем, поистине лучшем, оркестре в мировом масштабе под управлением Зубина Меты. Ведь в нем евреи в нескольких миньянах. Сила колоссальная.
Управлял ею на этом заключительном концерте Фестиваля, посвященном 75 летию оркестра, Курт Мазур, величайший дирижер нашего времени.86 лет, руки трясутся, губы тоже, медленная походка, высокий и стройный, в коричневой с отливом рубашке на выпуск.
9 симфония Бетховена - последняя, и последнее выступление в 2011году великого маэстро в Стране. Именно здесь более 20 лет назад начиналось его творческое восхождение и он стал великим Мазуром.
1 отделение. 1 симфония Бетховена, и дирижирует его молодой сын. Эмоционально, очень пластично, приятно смотреть и слушать, учился у отца. Много и вдохновенно вложено в управление великолепным оркестром, где все скрипки звучат как одна. В какой-то момент я даже искала солиста. Все было очень хорошо, но и только.
2 отделение. 9 симфония Бетховена, тот же оркестр, зал, зрители. И Курт Мазур. Я не понимала, что происходит. Какой природы это волшебство. Он стоял, почти не двигаясь, еле шевеля трясущимися кистями рук, иногда помогая им лицом и опираясь время от времени рукой на подставку сзади. Но что происходило с оркестром. Я пыталась понять. Это было непостижимо, трагично, торжествующе. Тайна. Мне необходимо было понять её.
Слезы и душу растягивало. Это не только эмоции. Что ЭТО. И я поняла - это МУЗЫКА. Как КАРТИНА во времени, как ЖИВОПИСЬ. Все это не только с большой буквы, а первозданно созданное там наверху и Бетховеном, переданное оркестру Мазуром, который соединил все это и отдал зрителям и вечности.
Дирижеру не надо было двигаться и размахивать палочкой, подчиняя себе оркестр, наклоняться и вибрировать телом. Его мозг, сердце и душа, сделали все это. Внутреннее, без внешних жестов соединяло оркестр с Бетховеном. Я это слышала и чувствовала, как слышала саму МУЗЫКУ.
В полном устранении себя, в физической немощи и отдаче всей своей жизни музыке, Мазуру удалось создать МУЗЫКУ в полном единстве с гениальностью произведения. Это последняя симфония старого, глухого и слепого композитора.Он писал эту симфонию мучительно год. 90 вариантов только первой части.
Бетховен не признавал неба и перестал видеть, не хотел слышать Творца и перестал слышать. Он боролся с ним всю жизнь. И умирая, когда около него находился его ученик Черни и племянник, он погрозил небу кулаком.
Бетховен величайший из композиторов, сравнить его можно только с Рембрандтом.9 симфония, в отличии от 1-ой, написана в страданиях и немощи физической, где явлено воочию, что есть дух человеческий. Глухому, слепому и страдающему всю жизнь музыканту, казалось бы, невозможно совершить такое восхождение. Музыка его божественна. Он боролся с Творцом, он хотел в одиночестве писать свою музыку. Потому такая страшная судьба. Солнце ведь все равно сожжет, веришь ты в него или не веришь.
Бетховен - гордый и сильный, титанический сосуд Творца. Он же и наполнил его МУЗЫКОЙ, подарив миру свое величайшее произведение – соавтора, человека титанического духа, Бетховена.
Мазуру удалось объединить огромный оркестр в одном порыве звука, того, который слышал глухой Бетховен. Казалось, что МУЗЫКА звучит и сверху с небес и снизу от оркестра. И эти два потока сливаясь, наполняли душу непередаваемым единством и значимостью. Воздействие прямо на душу, создавало полное единение между Небом и нами через человеческий дух и мастерство.
Голос солиста. Как сотворение первого человека в раю. И когда огромный хор и солисты запели, это была необходимая часть человеческого участия в происходящем триумфе мира и жизни. Это была сама МУЗЫКА.
Сливаясь с оркестром в небесах, голоса звучали как хор Ангелов, ликующих и машущих крыльями. Музыка оркестра была так грандиозна и великолепна, что казалась самодостаточной настолько, что мне поначалу не хотелось вмешательства певцов. Но стало ясно, что хор человеческих голосов, усилив звучание оркестра, создал единство частей мироздания. Это было необходимо в последней части, как завершение Творения, как ликование рода человеческого, как победа и торжество духа.
Бетховен не любил вмешательство голосов в партитуру оркестра, но все же сделал это, завершив таким образом свою симфонию, подняв ее на недосягаемую высоту.
Переполняла радость и гордость за все человечество , за столь высоко возносящееся искусство людей, воплотивших здесь и сейчас замысел Творца. В этом тайна искусства.
1.01.12. Иерусалим